Все дороги ведут домой

Она вышла из подъезда своего дома в приподнятом расположении духа. На ней была белая кофточка и длинная красная юбка. Всем своим видом она желала показать свою причастность к великому событию – Воскресению Господню!

­ – Пасха всегда белая с красным! Белое – это свет гробницы, а красное – цвет пролитой крови Христа и любовь Бога к людям, символ, жизни и смерти. В пасхальную неделю священники тоже носят такую одежду. Кулич покрывают белой глазурью, а яйца в знак веры красят в красный цвет. Все дороги ведут в Рим! На глазах у Императора Тиберия белое яйцо окрасилось в красный цвет как подтверждение о Воскресении Иисуса Христа. – Пояснила она.

Она любила пояснять, так как все время преподавала. Я была рада этой встрече со своим учителем и наставником. Татьяна Михайловна работала в нашем училище, вела занятия по предмету «История искусства». Она была так же сотрудником Тульского художественного музея, позже читала лекции в храме. Все уже и не упомнить. Да это и не цель моих воспоминаний.

Мне хотелось бы рассказать не о том, как она была порой принципиальна и непримирима в некоторых вопросах, но поведать об удивительных качествах этого человека. Не знаю, как она воспринимала меня, но в моей жизни Татьяна Михайловна сыграла очень важную роль – создала настоящий «эффект бабочки», в котором рядовая встреча стала судьбоносной.

Однажды мы встретились с ней в очередной раз на дороге у художественной школы, и Татьяна Михайловна поинтересовалась:

– Ты не пробовала никуда поступать после окончания училища?

А я не пробовала. Не пробовала потому, что считала это просто невозможным. Но Татьяна Михайловна убеждала меня в том, что я смогу, что надо поступать туда, где будет интересно, что нужен государственный ВУЗ, пусть даже иногородний. Она умела убеждать! Речь зашла об Академии художеств в Санкт-Петербурге.

– Я тебя подготовлю! Приходи! Знаешь где я живу? Рядом. Все дороги ведут к моему дому!

И эта дорога привела меня в Санкт-Петербург! Мы встречались и подолгу беседовали. Конечно, я больше слушала. Она изящно рисовала на память греческие ордера, говорила о Византии и особенностях культуры Ренессанса, учила рассуждать о произведениях искусства. Неслучайно ее любимым художником был «Эн, Ха», это значит – неизвестный художник. Такой, о котором написано мало или вовсе ничего. Следовательно, можно написать много нового! Знаю, что ее спрашивали: откуда Вы берете тексты? И она отвечала, что все есть в самом произведении, надо только это видеть. Таким образом, Татьяне Михайловне удалось настроить меня на главное: внимательно вглядываться в произведение и уметь анализировать, опираясь на главные художественные принципы: художественный образ, композицию, цветовое решение, свет, технику исполнения работы.

После экзаменов я позвонила ей:

– Татьяна Михайловна!..

Я не договорила. Она поняла по голосу.

 – Поступилаааа!!! – Закричала она в трубку. – Да… У меня все с первого раза поступают.

Каков же был ее метод, что позволял ей изучать искусство, жить в искусстве и постигать его радостно? Первое – это настрой на определенное состояние, я бы сказала: состояние «высокого духа». Не раз она говорила мне, что «все искусство сакрально!», что же говорить о искусстве религиозном!

Первое, что она включала, это интуицию, и она у нее работала отменно! Знаю, что, еще будучи сотрудником музея, она возила картину на экспертизу в Москву, уточняли датировки, авторство. Почти всегда ее предположения подтверждались. Она как-то упомянула, что однажды ей удалось выйти на правильную информацию о художнике, анализируя на портрете манеру завязывания шейного платка…

Можно ли научить человека писать? Не в смысле правописания и каллиграфии, а в значении мыслить и выражать письменно свою мысль? Для начала у самого ученика должно быть что-то «за душой», его культурная «база», а потом учитель может дать импульс для развития и обеспечить «высокий старт». Татьяна Михайловна никогда не писала за меня текстов. Она считала, что надо глубоко почувствовать произведение искусства, потом собирать информацию, обдумывать, развесить картинки на стене… Мы обсуждали:

– Ну, что? Поняла? А теперь… Пиши!

Наши встречи продолжались, и мы обсуждали архитектурные стили, иконографию, философию.

– Я прочитала Ваши «опусы». Вам надо почитать Лосева! – говорила она.

Лосева и сейчас мне почитать не плохо, «целина непаханая» знаний! Очень глубоко разбирает он тему создания художественного образа.

– Художник видит задуманный образ сразу в материале. Будет ли это мрамор или дерево, ему понятно сразу. Сила художественного образа в его недосказанности, в его связи с более глубоким началом, которое до конца невозможно выразить в материальных формах. На пример: чашка чая, чаша, евхаристическая чаша…

Стремление к красоте у Татьяны Михайловне часто выходило за пределы разумного, и тогда она покупала вещи дорогие, но жизненно необходимые для творчества. Дорогая бумага, книги, китайская тушь…. Жила не по достатку, иногда странным образом расставляя приоритеты. Она говорила, что обувь должна быть сначала красивой, а потом удобной. Или покупала дорогой проектор для лекций потому, что он важнее, а рваный сапог можно прикрыть длинной юбкой…

Однажды Татьяна Михайловна готовилась к лекции в Историко-архитектурном музее, которая была приурочена к выставке. Темы давалась непростая «Ключ. Ворота. Замок». Но для Татьяны Михайловны именно тут можно было разгуляться, раскрыть понятия, поиграть смыслами, приоткрыть глубину образа и символов. Она говорила о разном, но вывела к ключам от рая. Все дороги вели к Иерусалиму небесному и земному… Деяния Христа, взятие его под стражу, воскрешение Лазаря (выход из гробницы), вход в Иерусалим, несение Креста (выход из ворот Иерусалима, «Путь скорби» – Виа Долороза) – как единый процесс, дорога к Воскресению!

Лекция получилась необыкновенной! Я восхищалась тому, как Татьяна Михайловна могла держать внимание публики, как вела за своей мыслью, проводила параллели, делала выводы…

Все дороги вели Татьяну Михайловну к храму. И однажды она уехала в Ярославль. Я тосковала, но более того, чувствовала себя без поддержки слабой в большом искусствоведении. А в Ярославле тем временем произошел такой случай, который в очередной раз подтвердил профессионализм моего преподавателя, и не только в моих глазах. Этот случай был связан со старинной иконой, недавно открытой, которая уже была выставлена в храме для поклонения. Татьяна Михайловна отвечала за сохранение памятников культуры и знала об этой иконе, но что-то настораживала ее, не давало покоя. Она постоянно ходила, смотрела на нее и однажды увидела одну деталь, которая меняла восприятие этого артобъекта. На иконе у Богоматери не было богородичных звезд!

– Как может быть такое?! Звезды на лбу и плечах Богородицы – это знак ее Приснодевства! Знак того, что она трижды Дева! До рождения сына, во время рождения, и после рождения Иисуса Христа. Если эта икона старинная и ее писал иконописец, хорошо знакомый с иконографическими канонами, то он не мог просто забыть о Богородичных звездах! Этого не может быть!

Она объяснила все священнику. Он снял скуфью, поклонился, и икону убрали.

Мы снова встретились с Татьяной Михайловной в Туле и обсудили тему моего будущего диплома.

– Вам надо найти интересную тему! Ну, не о грязных крепостных крестьянах же Вам писать! – Сказала она, почему-то поморщившись.

Мы решили, что буду я изучать творчество энергичных художников из объединения «Бубновый валет». Дерзкие и оригинальные, они нравились Татьяне Михайловне больше, чем живописцы, доводившие свои работы почти до фотографичности…Она подарила мне книгу, и мы изучили и обсудили множество других книг. Но метод анализа композиции в работах предложила мне она. И диплом получился не банальный.

Все дороги ведут человека к познанию собственной сути, но земной путь однажды обрывается. Мы не знаем той даты, которую напишут после тире на нашем надгробии. Но в «Символе веры» говорится: «Чаю воскресение мертвых и жизни будущего века».

Татьяну Михайловну хоронили на четвертый день после смерти, на Лазареву субботу, в день Воскрешения Лазаря четверодневного. Мне очень хочется верить, что Христос вместе со светлыми силами небесными будет милостив к душе новоприставленной. Исцелит и воскресит ее как друга своего – Лазаря. Вспоминалась мне та самая лекция про Ключ, Ворота и Замок. Вход Христа в Иерусалим, Путь Скорби и Распятие. Благодаря Татьяне Михайловне я помню, что это единый процесс – путь к Воскресению!